До того как имя Кассиана Андора стало известно в галактике, он был лишь одним из многих, кто действовал в тени. Время, когда зарождалось Сопротивление, не было отмечено громкими битвами. Это была эпоха тихих шагов в тёмных переулках, украденных данных и шёпота о надежде там, где её, казалось, не осталось.
Его путь не был прямым. Он вёл его через заброшенные космопорты, где контрабандисты и информаторы обменивались слухами вместо кредитов. Каждая миссия была игрой в кости: довериться не тому человеку — и имперский патруль уже на пути. Он научился читать намерения по едва заметному движению руки к бластеру, различать ложь в слишком спокойном голосе.
Информация была ценнее оружия. Схемы патрулей, отчёты о поставках, списки недовольных имперских чиновников — эти фрагменты он собирал по крупицам. Риск был постоянным спутником. Однажды на Фестивале ему пришлось изображать торговца специями, чтобы извлечь чип данных из-под носа офицера ИСБ. Другой раз на заснеженной планоде Ладжу он три дня пролежал в засаде, наблюдая за секретной стройкой, почти превратившись в часть ландшафта.
Он видел, как зарождались первые ячейки. Это были не солдаты, а механики, пилоты, фермеры, уставшие от поборов. Они передавали сообщения через старые торговые коды, встречались под видом ремонтных работ. Андора стал связующим звеном, тенью, которая переносила сведения от одной группы к другой, никогда не задерживаясь надолго.
Главной его задачей было оставаться незамеченным. Слава была опасной роскошью. Успех измерялся не наградами, а тем, что ты жив на рассвете и миссия выполнена. Именно в эти годы, в тишине между выстрелами, закладывался фундамент будущего восстания. И пока имперская пропаганда вещала о порядке и безопасности, такие как он медленно, неумолимо плели сеть, которая однажды должна была её опутать.
